Белорусская нефтянка: кто выигрывает от роста цен на нефть и где теряются доходы

Беларусь рассчитывает на дополнительный доход от высоких мировых цен на нефть — на этом фоне сказываются и перекрытие Ормузского пролива, удары по российским портам и НПЗ, и перебои с трубопроводом «Дружба».

Нефтяная отрасль остаётся одной из ключевых для экономики страны: Беларусь получает сырьё по льготным ценам из России, перерабатывает его и экспортирует нефтепродукты. Параллельно через страну идёт транзит по трубопроводу «Дружба», что даёт дополнительный доход.

Как закрытие Ормузского пролива отразилось на белорусской торговле

Закрытие и ограничения в Ормузском проливе ударили по мировой логистике — и по поставкам нефтепродуктов из хабов, через которые раньше шли белорусские отправления в Азию и Африку. Эксперты отмечают, что прежние маршруты нарушены, и нефтепереработчики ищут новые точки перевалки, что требует времени и затрат.

Одновременно мировые цены на нефть выросли, и это отразилось на внутренних ценах на топливо в стране: власти уже повышали розничные цены, и возможны дальнейшие корректировки. При этом топливо для внутреннего рынка по‑прежнему поступает дешевле, чем в большинстве соседних стран, в том числе благодаря государственному регулированию.

Удары по российским НПЗ: выгода за счёт перераспределения мощностей

Мозырский НПЗ и «Нафтан» в Новополоцке способны перерабатывать до 24 млн тонн нефти в год. После обострения ударов по российским НПЗ часть сырья может перенаправляться на переработку в Беларусь — выведенные из строя мощности восстанавливаются не сразу, и это даёт дополнительные объёмы для белорусских заводов.

Однако реальная прибыль зависит от спроса и от того, по какой цене удаётся реализовать продукт. Продажа внутри России приносит меньшую маржу, чем поставки в отдалённые регионы или на дальний экспорт.

Порты и логистика съедают выгоду

Удары по российским портам и перебои в их работе серьёзно ограничивают возможности для экспорта белорусских нефтепродуктов. Через Усть‑Лугу, Приморск и Новороссийск ранее проходила львиная доля отправлений — если порты простаивают или работают с ограничениями, экспорт падает.

Кроме того, в условиях повышенной нагрузки российские экспортеры логично отдадут приоритет собственным отгрузкам, что ещё больше усложняет доступ белорусских поставщиков к международным маршрутам.

В сумме это означает: рост мировых цен частично съедается дополнительными расходами и потерями из‑за логистических проблем; одновременно дорожают и импортные комплектующие, что уменьшает выгоду от «импортозамещения».

Транзит по «Дружбе» даёт всё меньше денег

Через Беларусь проходят две ветки трубопровода «Дружба». Северная ветка даёт лишь небольшие объёмы — около 1,3–1,5 млн тонн в последние годы — тогда как по южной проходило по 9,5–13,5 млн тонн, направляясь в страны Центральной Европы.

По расчётам экономистов, при прокачке южной ветки на уровне примерно 10 млн тонн ежегодный доход страны от транзита может составлять около 35 млн долларов; северная ветка при текущих потоках приносит порядка 15 млн. В сумме это было бы около 50 млн долларов в год, тогда как до войны доходы от транзита были существенно выше — сотни миллионов.

Планируемые изменения в маршрутах и решение о прекращении части транзита в Европу снижают прогнозируемую выручку: если северная ветка потеряет поставки, доходы сократятся заметно.

Выводы

Нефтяной сектор Беларуси сейчас находится в противоречивой ситуации: рост мировых цен даёт дополнительные доходы, но логистические сбои, удары по портам и сокращение транзита по «Дружбе» ограничивают реальную прибыль. В итоге отрасль остаётся сильно зависимой от внешних факторов, и суммарный эффект для экономики далеко не однозначен.