Решение суда и сумма иска
Арбитражный суд города Москвы удовлетворил иск Банка России к бельгийскому депозитарию Euroclear и присудил компенсацию в размере 18,17 триллиона рублей.
Центробанк подал иск в декабре, утверждая, что санкционная блокировка привела к масштабным убыткам: в требование включены замороженные резервы, стоимость заблокированных ценных бумаг и упущенная выгода, рассчитанная самим регулятором.
Суд прошёл в закрытом режиме и длился около восьми часов. По итогам заседания суд признал действия депозитария незаконными в части, причиняющей убытки Банку России.
Представители Euroclear заявили о намерении обжаловать решение. Адвокаты компании указывают на нарушения права на справедливое разбирательство и на то, что иск не обоснован.
Почему исполнение решения проблематично
Юристы отмечают, что практические возможности исполнения судебного акта сейчас ограничены: Euroclear действует в рамках бельгийского права, а значительные активы Центробанка находятся на специальных «С»-счетах, на которые приказы о взыскании по решениям, вынесенным после 3 января 2024 года, запрещены указами президента РФ.
Юридические возможности исполнения судебного акта в настоящий момент ограничены — у Euroclear действует бельгийское право, а на его активы в России распространяются определённые ограничения.
Теоретически Центробанк мог бы взыскать средства с корреспондентского счёта Euroclear в НРД в случае изменений в президентском указе, но на текущий момент о таких поправках официальной информации нет.
Также обсуждается механизм изъятия активов со «С»-счетов в России в рамках ответных специальных экономических мер, но это потребует дополнительных политических и правовых решений.
Международные и репутационные эффекты
Euroclear заморозил активы Центробанка в исполнение санкционных предписаний ЕС. Российское решение в большей степени рассматривается экспертами как инструмент давления: оно может быть трудно исполнимо, но вынудит депозитарий учитывать этот риск, что потенциально скажется на кредитном рейтинге и операционных издержках компании.
Юристы полагают, что взыскание за пределами России может быть затруднено: решение российского суда нужно будет признать в других юрисдикциях, где у Euroclear могут быть собственные активы (например, ОАЭ, Гонконг, Казахстан), и на этот процесс будет влиять давление со стороны Евросоюза.
Евросоюз в санкционных пакетах ввёл запрет на признание и исполнение решений российских судов на своей территории, а также расширил механизмы защиты европейских компаний от претензий третьих стран, что дополнительно осложняет практическое исполнение российского решения.
В итоге судебное постановление пока имеет прежде всего юридическое и политическое значение: оно создаёт обязательства и риски для Euroclear, но реальное взыскание зависит от сложной комбинации изменений в российском регулировании и от возможностей добиться признания решения в зарубежных юрисдикциях.
